Главная » Тексты » Подробная информация о Майкле Джексоне » Интервью Майкла Джексона

В 1983 году Rolling Stone встретился с королём поп-музыки Майклом Джексоном. В ожидании, когда кто-нибудь из персонала откроет мне ворота, сквозь кованую решетку я изучаю внутренний двор особняка Майкла Джексона в долине Сан-Фернандо. В самом его центре бьёт небольшой фонтанчик, и даже с моей позиции можно разглядеть стаю золотых рыбок. Пожилая латиноамериканка выгуливает на длинном розовом поводке двух холёных, похожих на миниатюрных львов пуделей.
Майкл, облаченный в узкие черные брюки и роскошный, расшитый золотом китель, встречает меня у входных дверей. «О чём будем говорить?» – несколько нервно спрашивает певец, заслоняя от солнца лицо ладонью. Мы входим внутрь и поднимаемся на второй этаж. Джексон говорит, что живёт в этом доме временно, пока не окончены строительство и отделка его резиденции в калифорнийском городке Энчино.

То, что ДЖЕКСОН согласился побеседовать со мной в одиночку, довольно странно. Общеизвестно, что последние два года певец упорно избегает общения с прессой и если даже и соглашается на небольшие интервью, то является на них исключительно в сопровождении свиты из менеджеров, агентов по связям с общественностью, друзей и родственников.

«Ну и как вам здесь?» – Майкл, усевшись в огромное кожаное кресло, пристально смотрит мне в глаза. Я изучаю интерьер гостиной, в каждой из углов которой стоят внушительные бронзовые статуи – копии работ древнеримских и греческих скульпторов. Джексон резким движением открывает пакет картофельных чипсов, упаковка рвётся, и на пол падают несколько ломтиков жареного картофеля. Шесть лет назад Майкл объявил о том, что отказывается от потребления мяса и переходит исключительно на здоровую пишу. На мой вопрос, насколько полезны для здоровья картофельные чипсы, Майкл реагирует довольно бурно: «Ненавижу еду. Если бы в принципе можно было, не есть, я бы никогда не притрагивался к пище. Ненавижу жрачку».

Джексон неожиданно высыпает содержимое пакета на стол и принимается нервно крутить пакет в руках: «Я гораздо более спокойно чувствую себя на сцене, чем сейчас, сидя перед вами».
Майкл вскакивает с места и включает огромный, встроенный в стену телевизор. Джексон просто обожает мультфильмы, считает их волшебством. Вообще это слово занимает ключевое место в лексике певца – вне зависимости от того, идет ли речь о «бемби» или о новой пластинке Джемса Брауна.

«Браун настоящий волшебник, – говорит МАЙКЛ. – Помню, как я подглядывал за его выступлениями, когда мне было шесть лет. Детский сад, в который я ходил, находился рядом с концертным залом Apollo. Даже когда я начал петь сам, а у Jackson 5 появились первые хиты, я стеснялся подходить к музыкантам, с которыми мы выступали. Но я видел всех – Джеки Уилсона, Глэдис Найт, Temptations, Этту Джеймс. Я досконально изучил все акробатические трюки, которые вытворял Браун на сцене. Этот человек научил меня привораживать аудиторию. Благодаря ему я стал колдуном и теперь могу делать с людьми всё, что мне заблагорассудится».
Довольно серьёзное место в жизни Майкла занимает религия. Джексон – свидетель Иеговы, он верит в скорое наступление конца света и второе пришествие Иисуса. Он усиленно штудирует Библию и три раза в неделю посещает религиозные собрания. Певец говорит, что ни разу в жизни не притронулся к наркотикам и крайне редко употребляет алкоголь.

Похоже, Джексону всё же удалось преодолеть напряжение и немного расслабиться. «А ещё я коллекционирую мультфильмы, – сообщает он с довольной улыбкой и машет в сторону огромного шкафа, доверху набитого видеокассетами. – У меня есть и всякая диснеевская ерунда, и мультики про кролика Банни, и даже старые фильмы студии MGM. Я знаю только одного человека, чья коллекция больше моей – это Пол Маккартни. Как ни странно, он тоже фанат мультфильмов. Каждый раз, когда я прихожу к Полу в гости, мы смотрим мультики. Я где-то читал, что эта наша страсть имеет научное название – эскапизм, попытка уйти от реальности. Что ж иногда я смотрю мультфильмы так долго, что действительно теряю связь с реальностью и все, что происходит в окружающем мире, перестаёт для меня существовать».

По воскресеньем Джексон занимается танцами. Певец рассказывает, что он с самого утра начинает отрабатывать сценические движения, работая до тех пор, пока не свалится от усталости. «Я занимаюсь особенно рьяно, когда долго не езжу на гастроли, – говорит Джексон. – Занятия танцами помогают мне вернуть ощущение, что я нахожусь на сцене. Ничто не сравнится с этим чувством – чувством, которое охватывает тебя, когда ты стоишь перед огромным залом и все на тебя смотрят. Это настоящие волшебство. Ты поглощаешь энергию каждого зрителя в отдельности, чувствуешь это всем своим телом. Когда гаснет свет и зал пустеет, мне кажется, что жизнь подошла к концу. Я не хочу уходить со сцены, я хочу оставаться на ней вечно. Наверное, схожие ощущения возникают у актёров на съёмочной площадке. Всё дело в том, что ты превращаешься в совершенно другого человека. Когда я играл Страшилу, в мюзикле Сидни Люмета «Волшебник», то настолько вжился в роль, что иногда уходил со съёмок прямо в костюме».

Джексон снова впадает в состояние легкого возбуждения и предлагал познакомить меня со своими домашними питомцами. «Теперь у меня есть два оленёнка, – сообщает мне певец. – Один из них, по имени Мистер Тибс, похож на барашка. У Тибса просто очаровательные рожки. А еще я обзавёлся ламой. Сначала я думал, что это самочка, но оказалось, я купил самца. Он дико упрям и своенравен. Я долго думал, как его назвать, и в итоге остановился на имени Луи». Также в особняке Майкла обитают несколько экзотических птиц – одних какаду я насчитал четыре штуки.

«Стой здесь, я покажу тебе ещё кое-что», – Джексон исчезает в дверях своей спальни. Несмотря на то, что в доме мы одни, я слышу, как Майкл говорит кому-то: «Извини мой сладкий, я не знал, что ты спишь». Джексон возвращается, держа на руках боа-констриктора, и аккуратно кладёт удава на обеденный стол. Змея тут же начинает ползти в мою сторону. «Я назвал его мускулом и научил пожирать журналистов», – певец явно доволен своей шуткой. Мускул переползает через мой диктофон, и Майкл перехватывает удава лишь тогда, когда тот утыкается головой в мою руку. «Он симпатяга, не правда ли? – смеется Джексон. – Не бойся, это всё ерунда, что змеи едят людей. К тому же мой малыш совсем не голоден. Пару дней назад я скормил ему жирную крысу. Мускул немного нервничает, когда в доме посторонние». Удав неторопливо обвивает тело своего хозяина. Джексон довольно много знает о биологии и повадках рептилий – он укладывает Мускула на узкий подлокотник своего кресла, и теперь удав как минимум час будет лежать неподвижно.

«Как и я, змеи страдают от недопонимания, – с усмешкой говорит Майкл. – Я считаю их первыми жертвами чёрного PR. Чёрный PR – это ужасно. Правда, Мускул?» На этих словах змея поднимает голову, и я успеваю заметить показавшийся на секунду раздвоенный язык.

Одну из комнат своего строящего дома в Энчино Джексон отвёл под манекенов. «Там будет стоять письменный стол и десять манекенов, – смеется певец. – Я обожаю их. Это моя вторая страсть после животных. Я верю, что смогу научиться оживлять манекенов, иногда я даже разговариваю с ними об этом. Знаете, я хочу сказать вам то, чего ещё никогда никому не говорил. Манекены заменяют мне настоящих друзей, которых у меня никогда не было. Если ты – часть шоу-бизнеса, невозможно разобраться, насколько тот или иной может считаться твоим другом. В этом мире всё очень непросто, – Майкл замолкает на несколько минут и задумчиво смотрит на одну из своих бронзовых статуй. – Всё очень не просто. Поэтому я окружаю себя пластмассовыми людьми. Дружить с манекенами очень легко».

Джексон панически боится близких контактов с внешним миром. Ужинает он в одном и том же ресторане (там подают здоровую пищу), владелица которого знает лично. Когда Майкл отправляется по магазинам, он просит продавщиц не подходить к нему близко и агрессивно реагирует на любые предложения помочь подобрать одежду. «Покоя нет от этих советчиков, – раздражается Джексон. – Даже если меня не узнают в лицо, то узнают по голосу. В общем, нигде не спрятаться! Иногда я чувствую себя тарелкой спагетти, которую передают из рук в руки с одного конца огромного стола на другой. Меня хватают, пытаются ущипнуть, оторвать волосинку. В такие моменты мне хочется убежать».

Майкл всегда путешествует инкогнито, сопровождаемый несколькими секьюрити. Помимо прочего, певец очень щепетилен в выборе гостиничных номеров: «Представьте: вы сидите у себя в номере, а в это время компания подвыпивших девиц поднимается по лестнице и принимается флиртовать с вашим охранником у дверей. Ни за что не останусь на ночь в гостинице, если услышу через стену женские вопли или, что ещё хуже, как скребётся мышь. Подобные вещи мгновенно выводят меня из себя».

Неожиданно Джексон решает отвезти меня на строительство своего дома Энчино. Майкл искренне ненавидит автомобили, но два года назад родители заставили его обзавестись правами. Когда Майкл за рулём, он избегает широких автострад и старается передвигаться по небольшим улочкам. Тот факт, что подобные поездки иногда занимают несколько часов, его ничуть не беспокоит. Джексон говорит, что в его жизни маршрутов не так много: дама его братьев и сестёр, ресторан, в котором он обедает, и зал, где встречаются свидетели Иеговы.

Майкл принимается собираться в дорогу. В первую очередь он относит обратно в спальню Мускула, поскольку «скучающий удав способен натворить немало бед в доме». «Или можем прихватить его с собой, если хочешь, – предлагает мне Джексон. – Можешь обмотать им шею, как шарфом, будет выглядеть просто волшебно! Поверь мне, Мускул не причинит тебе вреда». Я вежливо отказываюсь, однако змея, явно не желая расставаться, обвивает мою лодыжку, и Майклу приходится приложить некоторое усилие, чтобы избавить меня от этого соседства.

Когда спустя пару часов мы подъезжаем к двухэтажному особняку, я замечаю, что всё пространство свежевыкрашенного бетонного забора покрыто рисунками и посланиями фанатов. Джексон говорит, что раз в неделю ограду красят, но надписи появляются опять. Секьюрити отгоняют подростков от ворот, но уследить за всеми им явно не удаётся. Новое жилище певца оказывается на удивление скромным по сравнению с роскошными виллами, которые Джексон выстроил для своих сестёр – Ла Тойи и Джанет. «Поклонницы сосем меня одолели, – сетует Майкл. – Вешаются на шею пачками. Но мне плевать, я хочу жить один. Главное, чтобы оставалось время для танцев».

Минуя будущий рабочий кабинет Майкла, мы проходим в просторную комнату, в которой стоят несколько диванов. «Сюда свалю весь свой хлам», – с довольным видом объясняет Джексон. Под хламом певец подразумевает собственный кинотеатр: два настоящих кинопроектора и акустическую систему. В отдельном помещении певец оборудовал себе место для компьютерных игр, а в смежной комнате Майкл планирует расставить фигуры мультипликационных героев. Джексон говорит, что он консультировался с техниками студии Диснея, разрабатывавшими аттракционы в Диснейленде, на предмет того, как правильно расставить всех мультгероев. «Я не планирую превращать свой дом в луна-парк, – заявляет певец. – Но я всё же поставлю здесь несколько фигур пиратов, пару старинных пушек, а на стенах повешу пиратские ружья. Будет круто, вот увидите. Когда всё будет закончено, я годами смогу не выходить из дому».
Подробная информация о Майкле Джексоне » Интервью Майкла Джексона
Дата: 06-06-2012T19:26 | рейтинг 0.0 (0) | просмотров 2245 | комментарии 1 | Добавил:
Похожие материалы

Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Форма входа
Логин:
Пароль:
Видеопроект от участников
Мини-чат
500
Цитаты Майкла Джекосона
Когда тысячи фанатов кричат, приветствуя тебя, объясняясь в любви — при этом внутри тебя что-то сжимается от одиночества…